Я теперь не пишу статьи «заранее», набирая особое досье, подбирая цитаты и так далее, нарушая тем самым устои классической журналистики, в которой я вырос. И я изменился, и журналистика изменилась. Жду последнего момента, последней новости – и не вижу ничего нового, обо всем можно было написать еще неделю назад
